Рекламодателям

+ 359 876 807 110
+359 878 653 070
+359 877 450 180
bolexp.reklama@gmail.com

История Сербии: Слобо и дело

BER02 - 20000920 - BERANE, YUGOSLAVIA : Yugoslav President Slobodan Milosevic during an election speech to about 15,000 people in the city of Berane, a Serb stronghold, in Montenegro, Yugoslavia on Wednesday 20 September 2000. Milosevic, who will face a challenge to his power in Yugoslav elections on Sunday 24 September, called on the people of Montenegro to "think hard" before choosing whether to remain within the Yugoslav federation or separate from it. EPA PHOTO EPA/MILOS BICANSKI/BW

Млечин

Автор: Леонид Млечин

Пятнадцать лет назад президент Югославии Слободан Милошевич утратил власть над страной. Точку в его карьере поставили не натовские бомбардировки и не Госдеп США, а сограждане.

24 сентября 2000 года прошли выборы президента Югославии. Слободан Милошевич рассчитывал на оглушительную победу. Но он утратил мобилизующий идеологический заряд. Краина, Босния, Косово… — все битвы, которые он вел, были проиграны. После потери Косово сербы возненавидели всех на свете. Но выразить свою ненависть они могли только Милошевичу. И проголосовали против опостылевшего президента. Милошевич результаты голосования не признал.

 

Армия уважает волю граждан

Синод сербской церкви поддержал его соперника. Патриархия устроила молебен в Белграде и поздравила Воислава Коштуницу с победой. В стране начались волнения. Одна массовая демонстрация за другой. На улицы Белграда вышло полмиллиона человек. Полиция исчезла — не хотела сражаться за Милошевича. Он дважды звонил начальнику генерального штаба Небойше Павковичу, требуя, чтобы он усмирил Белград. Генерал ответил, что армия «уважает волю граждан».

5 октября Воислав Коштуница объявил себя президентом. Смелости ему придал тот факт, что все властные структуры перешли на его сторону. Утром 6 октября в Белград прилетел российский министр иностранных дел Игорь Иванов. По некоторым сведениям, при посредстве Иванова состоялась встреча Милошевича и Коштуницы. Вечером Милошевич ушел в отставку.

Переговоры о его судьбе растянулись на полгода. От Белграда требовали исполнить резолюцию Совета Безопасности ООН: тот, кого Международный трибунал обвиняет в совершении военных преступлений, должен быть предан суду. 30 марта 2001 года спецгруппа МВД прибыла в резиденцию Милошевича, чтобы его арестовать. Охрана бывшего президента открыла огонь и ранила двоих полицейских.

Коштуница заявил, что ни один гражданин страны не может быть выше закона. Милошевич понял: никто его не спасет. 31 марта он был арестован в своей резиденции и отправлен в белградскую тюрьму. Президент Югославии Коштуница сказал журналистам: «Избавляясь от Милошевича, мы освобождаем политику от яда, который ее отравлял».

 

Семья и друзья

Когда Слободану было 20 лет, его отец пустил себе пулю в лоб. Милошевич-старший хотел уехать на Запад. Ему отказали в заграничном паспорте. Светозар покинул страну нелегально, добрался до Франции, его арестовали и выслали на родину…

Мать, Станислава, страдала от одиночества. Она не получила ожидаемого повышения по службе, и это стало последней каплей. Она тоже впала в депрессию и повесилась. Самоубийство родителей не могло не наложить болезненного отпечатка на психику Слободана Милошевича. Психиатры считают, что таким людям присуща склонность к самоубийственному поведению. Страну он довел почти до полной катастрофы.

Милошевич работал во внешнеторговой компании «Техногаз». Затем его сделали президентом Объединенного банка Белграда. У банка был офис в Америке, куда Милошевич часто ездил. Америка произвела на него сильное впечатление.

Он свободно говорил по-английски. Мог присесть за рояль и спеть французскую песенку. Любил ходить по магазинам в Нью-Йорке и казался прозападно настроенным.

Счастливый билет для Милошевич — дружба с Иваном Стамболичем, чей дядя был одним из руководителей компартии Югославии. В 1984 году Иван Стамболич возглавил Союз коммунистов Сербии, Милошевича он поставил во главе столичной партийной организации.

А еще через два года Стамболич стал главой Сербии и пересадил Милошевича на свое прежнее кресло — руководителя коммунистов республики. Он надеялся, что недавний банкир займется экономикой. Стамболича предупреждали: он плохо знает своего протеже. Стамболич отметал сомнения: я люблю Слободана как брата… Милошевич же любил только свою семью: жену Миру, дочь Марию, сына Марко и старшего брата Борислава. Во всем остальном он был поразительно холодным человеком, равнодушным к чужим страданиям. Люди ничего не значили для него.

 

Битва на Косовом поле

Детонатором взрыва, погубившего единую Югославию, стали события в автономном крае Косово, где большинство населения составляли албанцы. Президент Югославии Иосип Броз Тито старался поднять уровень жизни в самом отсталом и бедном районе страны и дал Косово широкую автономию. А сербы почувствовали себя неуютно, оказавшись в Косово национальным меньшинством. Они не смогли и не захотели приспособиться к этой ситуации.

Единая Югославия существовала, пока был жив Тито. Он заставил молчать националистов, повернулся лицом к Западу, открыл границы и сделал свою страну самой процветающей в этой части Европы. Когда президент ушел в мир иной, страна растерялась, даже албанцы чувствовали, что потеряли своего покровителя. Через год после смерти Тито, в марте 1981-го, в Косово начались волнения. Студенты-албанцы били сербов, жгли и грабили их дома.

Сербы потребовали от федеральной власти защиты. В тот момент все вопросы еще можно было решить. Но когда социальные и экономические проблемы обернулись сведением исторических счетов между народами, ситуация стала необратимой. И вот в этой ситуации начался взлет Слободана Милошевича.

Не будь Косово, он, возможно, так и остался бы на вторых ролях.

В апреле 1987 года Стамболич отправил Милошевича в Косово, рассчитывая, что друг и единомышленник сумеет погасить конфликт. Сербские активисты ждали его приезда. Милошевич вышел на балкон местного дома культуры и увидел огромную толпу.

Пожилой человек крикнул ему:

— Албанцы нас избивают! Помогите!

Милошевич ответил:

— Больше никто не посмеет вас избивать.

…И щедро плеснул масла в огонь. Он произнес речь, которая потрясла Югославию:

— Настало время не печалиться, а сражаться! Это ваша земля, ваши поля, ваши сады. Мы выиграем битву за Косово! Мы выиграем, несмотря на то, что внешние враги Сербии вместе с внутренними врагами вступили в заговор против нас.

Толпа на площади восторженно скандировала:

— Сло-бо! Сло-бо! Сер-би-я!

Всего одно выступление сделало Милошевчиа национальным героем. Когда он вернулся в Белград, Иван Стамболич сказал: «Если ты будешь продолжать в том же духе, что станет с нашей страной?»

Но Милошевич уже почувствовал вкус политической крови. Спихнул своего друга и покровителя и стал хозяином Сербии.

Под лозунгом борьбы с бюрократизмом расставлял своих людей, прежде всего в органах госбезопасности. Вычистил непокорных журналистов с телевидения и из ведущих газет. Пришедшие им на смену раскрутили массовую пропагандистскую кампанию: сербы — жертвы внутренних и внешних врагов.

Сербы называют Косово колыбелью своей культуры. Здесь была основана сербская автокефальная церковь. Здесь в 1389 году славяне насмерть схватились с турецкими войсками, потерпели поражение, и началось пятисотлетнее владычество Оттоманской империи. Произнося речь по случаю шестисотлетия битвы на Косовом поле 28 июня 1989 года, Милошевич обещал косовским сербам:

— Отныне никто не посмеет вас притеснять в колыбели сербского государства — в Косово!

1 февраля 1990 года танки Югославской народной армии (ЮНА) вошли в Приштину. Косовское руководство было арестовано. Всех начальников назначили из Белграда. Закрыли учебные заведения, в которых учили на албанском языке, Академию наук и искусств распустили.

Политика Милошевича окончательно разрушила отношения между сербами и албанцами. Хуже того, подтолкнула единое государство к распаду. Первой из состава Югославии вышла Словения — словенцы испугались, что жестокий и деспотичный Милошевич навяжет им свою власть, как он сделал это в Косово.

 

Судьба Сербской Краины

Хорватия тоже заявила о выходе из состава Югославии. В Загребе пришел к власти бывший партизан и генерал ЮНА Франьо Туджман. Он не уступал Милошевичу в националистической демагогии:

— Католическая Хорватия должна сломать мусульманский зеленый полумесяц, который тянется на Ближний Восток, и православный сербский крест, который доминирует над всем регионом.

Нелепо полагать, что единая Югославия была обречена. Не возрождение древней вражды, а попытка подавить стремление к демократизации — вот что привело в движение механизм войны. Партийная элита, генералы армии и спецслужб, боясь лишиться власти и привилегий, использовали национализм против демократических сил.

Наука, литература и журналистика занялись созданием националистических мифов. В Белграде всех хорватов изображали «кровавыми усташами». В Загребе сербы изображались исключительно как «кровавые четники».

Люди читали псевдоисторические книжки и изумлялись: «Вот, значит, как было! Значит, они всегда нас убивали!» Люди черпали в истории ненависть и желание свести счеты со старыми обидчиками.

Сербские националисты претендовали на все территории бывшей Югославии, где жили сербы. А хорватские националисты хотели иметь свое государство, в котором сербы в лучшем случае могут быть меньшинством.

В августе 1990 года хорватские сербы провели референдум и проголосовали за создание Сербской автономной области. Загреб это решение не признал. На помощь сербам пришла армия. Под их контролем оказалось 23% территории Хорватии. Отвоеванные земли назвали Республикой Сербская Краина.

Хорваты предложили руководителям Сербской Краины широкую автономию. Переговоры велись в российском посольстве в Хорватии. Если бы хорватские сербы приняли план, выработанный с российским посредничеством, они получили бы собственную налоговую систему, свою валюту, полицию. Под документом должны были стоять три подписи — Туджмана, Милошевича и Ельцина. Россия стала бы гарантом безопасности краинских сербов.

Франьо Туджман принял план, скрипя зубами. У сербов появилась возможность остаться на своей земле и нормально жить. Но Слободан Милошевич сказал «нет». А летом 1995 года хорватские войска вошли на территорию Краины, Республика Сербская перестала существовать. Полмиллиона сербов бежали. Милошевич предал хорватских сербов. Он и пальцем не пошевелил, чтобы их спасти.

 

Война за Боснию

Босния и Герцеговина — одна из шести республик, составлявших единую Югославию. Ее населяют сербы, хорваты и босняки, исповедующие ислам. Босняки тоже решили создавать самостоятельное государство.

Сербы не хотели жить в независимой Боснии и создали никем не признанную Сербскую республику. Ее президентом стал психиатр Радован Караджич. Этого жестокого и амбициозного человека одни считают преступником, другие героем.

Выступая в парламенте Сербской республики в боснийском городе Пале, Караджич говорил:

— Шестьсот лет длятся страдания разделенного сербского народа — как тоскуют сироты по матери и как тоскует мать по утерянным детям. Шестьсот лет сербы живут воспоминаниями о былой славе и утерянном величии. Бездушный, псевдохристианский Запад хотел, чтобы мы отказались от самих себя. Когда-то Запад передал Боснию и Герцеговину — исконно сербские земли — Австро-Венгрии. Сегодня Запад поступил с сербами точно так же. Но мы уже не те сербы, которых можно поработить. Сербия — это мировое чудо. Сербия — это творение Господа. Это скала, о которую разбиваются империи и мировые порядки. Величие Сербии измеряется ненавистью ее врагов…

Это выступление помогает понять менталитет сербских лидеров и близкое к истерии душевное состояние, в котором находились многие сербы с момента распада Югославии.

Война в Боснии шла несколько лет.

Вырезались целые деревни (дети тоже считались врагами, они же вырастут и возьмут в руки оружие). Изнасилование женщин превратилось в инструмент войны.

На Балканах мужчина не способен простить женщину, которая подверглась насилию. И не может простить себе, что не сумел ее защитить.

Милошевич помогал боснийским сербам, снабжал их оружием, деньгами, давал указания, как действовать. Сербы, имевшие превосходство в живой силе и технике, заняли большую часть территории Боснии и Герцеговины. Международное сообщество предлагало один мирный план за другим. Все они были выгодны сербам. Милошевич говорил «нет», а лидеры боснийских сербов Радован Караджич и генерал Младич верили, что смогут взять всю Боснию. Они упустили шанс подписать мир на выгодных для себя условиях. Соединенные силы боснийских мусульман и хорватов окрепли и перешли в контрнаступление.

 

Полная капитуляция

Между тем Милошевич утратил популярность у себя дома. Экономические санкции, введенные ООН, стали бедствием для Сербии, где привыкли жить богато и сытно. Импортные товары исчезли, отечественные дорожали каждый день. Тогда Милошевич сделал очередной кульбит. Желая поладить с Западом, заставил боснийских сербов смириться с дейтонским мирным планом — на условиях худших, чем они могли иметь.

Последней каплей стала потеря Косово. Сербское меньшинство держало в руках все — от полиции до бизнеса. Но сто тысяч сербов находились среди двух миллионов албанцев, 85% которых вовсе не имели работы. Сербы жили только под охраной полиции.

В 1997 году на авансцену вышла Армия освобождения Косово, которая начала борьбу против сербской полиции. В начале 1998 года Милошевич отправил в Косово сербский спецназ — для массовой зачистки края. Албанцев выгоняли из домов и уничтожали целые кварталы. Из зоны боевых действий, из сожженных деревень бежали крестьяне. Из Косово в 1999 году 220 тысяч человек бежали в Албанию, Македонию и Черногорию.

Военно-полицейская операция была роковой ошибкой Милошевича. Европейцы и американцы каждый день видели на экранах телевизоров горящие албанские деревни и беженцев. Мир не мог остаться равнодушным к этой трагедии в Европе. Милошевич на уговоры не поддавался.

Для балканского политика единственный убедительный аргумент — сила.

И 24 марта 1999 года авиация НАТО начала бомбардировки военных объектов на территории Югославии, чтобы заставить Милошевича прекратить военно-полицейскую операцию в Косово.

Москва предлагала посредничество. Но Милошевич показал свое отношение к России. Он не обратил внимания на российские предложения по урегулированию конфликта и предпочел сдаться Западу. Президент Югославии Слободан Милошевич принял условия НАТО полностью. Циничный и расчетливый политик, он с самого начала знал, что поступит именно так.

Когда Милошевич капитулировал, наступило отрезвление: за что мы воевали, спрашивали себя люди, ради чего умирали? И как теперь восстановить то, что разрушено? Сербия оказалась в руках политика, который вел государство от катастрофы к катастрофе.

 

Элита обиделась на президента

Поражение в Косово ему не простили. Слишком много невыполненных обещаний. Среди бывших социалистических государств Сербия жила хуже всех. Белградской элите — триста с лишним человек — закрыли въезд в европейские страны и запретили заниматься там бизнесом. Правящая верхушка лишилась тайных счетов, доходов, возможности отдыхать за границей и ездить туда за покупками. В эпоху санкций она зарабатывала контрабандой бензина, спиртного и сигарет. На Милошевича обиделось его собственное окружение. И прежде всего народ.

Он обещал укрепить Социалистическую Федеративную Республику Югославию — и приложил руку к разрушению единого государства, от чего больше других пострадали сербы. Когда Югославия начала рушиться, обещал спасти сербов — но за годы его правления территория, где сербы могли чувствовать себя свободно и уверенно, постоянно сокращалась. До Милошевича это был самый процветающий народ на Балканах, а в конце его правления сербы оказались у разбитого корыта. И тогда, и сейчас трудно найти политика, который принес бы им больше бед и страданий, чем «великий Слобо».

Top
Подробнее:
Более 450 сёл остаются без электричества

Из-за сильных снегопадов без электричества остаются более 450 сёл – оборваны провода, упали столбы электроснабжения. Однако активно ведутся работы по...

IX European Championship of Folklore Euro folk 2017

29 June - 9 July 2017   Nessebar, resort "Sunny Beach", St. Vlas and Pomorie      Bulgaria

Закрыть